Название: Огонёк
Периодичность: 1 раз в неделю
Город: Москва
Тип: Журнал
Формат: A4
Тираж: 72250
Объем: 64
Сайт издания: http://www.kommersant.ru/ogoniok
Телефон: 918-13-97
Почтовый адрес: 127055, Москва, ул. Лесная, дом. 55 стр. 1-2
Регион распространения: Россия, зарубежные страны
Язык:
русский
Территория управления: общероссийское издание
Тема: Общественно-Политические, Общество, Политика Издательский дом ЗАО «Коммерсантъ-Пресс»
Журнал о современной жизни для современного человека, которому интересно жить в XXI веке в нашем изменяющемся обществе. "Огонек" для такого читателя — умный и доверительный собеседник, с которым можно говорить практически обо всем. Журнал ориентирован на качественный infotainment, насыщен мнениями людей, авторитетных для аудитории, щедро иллюстрирован фотографиями, рисунками, схемами и элементами инфографики. Содержит много прикладной, потребительской информации. Стиль подачи — говорить просто о сложном.
Среди постоянных авторов и экспертов "Огонька" — историк Эдвард Радзинский, философ Александр Дугин, литератор Дмитрий Пригов, художник Олег Кулик, писатель Сергей Лукьяненко.
Последние комментарии
Авинаш Дхоте, адвокат
СТОЮ В ОЧЕРЕДИ В МАГАЗИНЕ
Стою в очереди в магазине: передо мной мужчина средних лет покупает дешевую рыбу. Он не хамит продавщице, но в разговоре с ней показывает, «кто в доме хозяин», ему неловко за покупку и вальяжно он заявляет:
- Мне все равно, у меня это кошки едят.
Продавщица инстинктивно сжимается, выдавливает из себя улыбку, что-то, пытаясь сохранить достоинство, как-то отвечает.
Потом, на разворотной площадке я случайно вижу, как этот господин на своей модной машине, конечно, нервничая, чуть не задевает нескольких женщин и меня, выруливая на нужный ему курс.
После митинга на Болотной зашли в пустынный Манеж (там оказались картины художницы). Хотел выйти, как вошел – через рамку – но путь мне «любезно» преградил здоровенный и немолодой охранник:
- Зачем здесь, вот выход.
Как вы думаете, если б на моем месте был тот самый господин «с рыбой», но или другой кто-то, кого охранник боится, стал бы он портить настроение гостю, только что любовавшемуся изумительными картинами с видами Палестины и прочих диковинных мест?
Посмотрите на детей: жизнь наша от рассвета сознания до его заката посвящена борьбе за право быть наверху. «Я, нет я, нет я!».
Посмотрите на «высотную организацию» последних двух митингов : «Вы там сидите в болоте, за речкой, где головы бунтовщикам рубили, а мы тут наверху, на горе со славой наших отцов ( а не ваших)». И там , и там рабы. Только на болоте (пока на болоте) – посмевшие поднять головы, а на горе – те, кого такое положение устраивает.
Ну ведь жители Кущевки тоже говорят, что при бандитах порядок был, ясно, кому можно было пожаловаться (вот вам и райком), работа была! В конце концов, людям ведь важно, чтобы власть была и порядок был. А не важно, как эта власть называется.
На родине моих предков – в Локте Брянской области ( в оккупированной немцами зоне), когда на смену одному тирану пришел другой с местными тиранятами, жители приняли эту смену, и Локотская республика просуществовала до сентября 1943 года.
Разница в идеологии людей с Поклонной и Болотной в том, что первые все понимают, но говорят : «Господи, не было бы хуже, так вроде все приспособились, знаем, кому что нести, откуда что, да и слава Богу: царствуй над нами , батюшка, многая лета!».
Люди с Болотной говорят: « Э, нет, такая Россия нам не нужна, век человеческий не вечен, и мы хотим здесь, на своей земле, не на коленках ползать , как деды и прадеды, а в полный рост ходить и гордится своею землей, что сами свою жизнь строим и сами свое правительство выбираем!»
Мы говорим: да на Руси всегда так было. Приходит молодец-удалец, показывает свою силушку могучую, всех строит. Мужики смекают: «о, этого надо бояться, а значит уважать, он всех нас сделал, значить надо нам ему покориться». И покоряются. Пока тот не одряхлеет или не подсидят его, или яду подсыплют. А там и скушают, да на могилке потопчутся: мол, какой он был плохой.
А потому что не уважают его. Боятся, да . Но не уважают. И уж точно не любят. Как того мужика из рыбного магазина. А только ждут, когда он оступится, чтоб его место занять. И все тихо, тихо. Где-нибудь в углу замочить, а народу сказать, что умер от апоплексического удара.
Но это если народ считать за быдло.
Да ведь можно и ошибиться.Читаю Герцена «Сороку-воровку» . Там тоже 150 лет назад один добрый славянин рассуждает: как хорошо, когда женщина дура и занимается только домашним хозяйством. Конечно, хорошо, это же безответственно, как говорила Раневская. Но уже в том же 19 веке женщины стали получать высшее образование, как бы это не расстраивало их отцов и мужей.
История про то, что всегда прав сильный в цивилизованном человеческом обществе заканчивается, потому что цивилизация это свет, на котором видно все. И тьма сохраняется только в тюремных застенках и в других подобных местах, где всем правит сила, а остальным надо или гибнуть или пригибаться.
Поэтому и ревнители нашей рабской старины понимают, что ночь не вечна и утро настает. Оно нужно всем. Потому что так больше жить нельзя.
07 февраля 2012 года.
Авинаш Дхоте
7 февраля 2012 г. 9:23
Сатирическая поэма «КРИВАЯ ДОРОГА ЖИЗНИ Дорожкиной В.Т., Наседкина Н.Н., подхалимов, судей и прочей нечисти» в редакции от 28.12.2011 года».
Часть 1. Итоги преступлений чиновников.
Культ личности Дорожкиной в позор Тамбов
вогнал абсурдностью своею,
изобличить велел мне возмущенный Бог
парадоксальную затею.
Чиновничеством, в азбуке стиха чужом,
швырнули звонко чин поэта
Дорожкиной, в элиту влезла что ужом,
верша беззубости без цвета.
В тех виршах безыдейно-мелких и сухих
души нет, но зато есть рифмы.
Все областные средства ей за счёт других! –
Не можем одолеть сей риф мы.
Ей в управлении культуры блат как сват, –
руководит её подруга,
книжонки переиздавая. Все ловчат,
завязывая подлость туго.
И кульминация – Почётный гражданин
Тамбова, верх дискредитаций
людей известных… Лицемерию сродни
их так порочит визг оваций!
Ликует на тропе предвзятости конфуз:
опять из тьмы пролез наружу
коррупции и недомыслия союз, –
в Тамбове Дума села в лужу,
где телевидение плещется уже
не замечая даже грязи
в «подарочке» от Ивлиевой-протеже
в отстойник гордых несуразиц!
Здесь прячется фальсификации пример:
«эксперт поэзии» Наседкин, –
второй Туркевич, он от денег очумел, *
за клевету едя объедки
с Дорожкинского криминального стола.
В стихах профан он, но – прозаик!
Фантасмагория с печатью сорвала
с тех маски, ложь что заказали
ему, как председателю среды Союз
писателей, где есть поэты
и поэтессы-минусы. На что им плюс? –
Дорожкинцы в цинизм одеты
при отмывании бюджетного рубля,
от попустительства той власти,
юлит в отписках что, подарочки деля,
среди «Тропинки» и… отчасти.
Часть 2. Как «кинули» литераторов Тамбовской области на «фестивале.
И фестиваль «Литературный марафон»
направлен против всех талантов:
«Уйди же, стимул, из литературы вон, –
дорожкинцам бы больше грантов!
Ведь культу личности забавы лишь нужны,
литературный фонд на это.
Мы с ним погреемся в Крыму, не жаль казны, –
в судах расхолодило лето.
О, судей «независимость», нам жить даёшь,
стабильно нет на нас управы,
а чуть что: деньги извели на молодёжь, –
культурные пусть знает нравы.
На эпиграммы не привыкли отвечать?
Мы реем над ямбохореем,
украсть велит в активе круглая печать,
на зависть делать то умеем.
Для популяризации никчёмных книг,
но издаваемых по блату,
отнимем деньги мы у матерей и вмиг
свершим Дорожкиной доплату.
Девиз наш: лишь того, кто лучше, не издать!
Пусть настоящие поэты
обиду будут ощущать, на то плевать,
ведь сыты мы и приодеты.
Но то – вершина айсберга! Подводный мир
наш подкупной, и этим дорог…
Цинизм Тамбовский так логичен: подкорми…
и вирши выйдут из задворок».
Подслушал монолог начальства я не зря,
всё Конституции согласно.
Такой ведь наглости нет даже у царя,
продолжу раскрывать опасность.
Чтоб бесталанным членами Союза стать
нужна российская поддержка,
пока за них – властей Тамбовская печать
и телевидений тележка.
И вот сопредседатель, первый секретарь,
московский критик в списке сметы,
предвзятость вновь вознесена во всём! Как встарь,
вздыхают местные поэты.
По смыслу всё предназначалось лишь для них…
чиновничество же решило:
бюджет себе, Дорожкиной и тем, кто лих,
часть – для российского страшила.
Полгода возмущался автор этих строк
мошенничеством, беспределом,
но соучастников средь власти круг широк –
бюджетом мафия владела.
Несправедливостью отринутый поэт
попался в зубы той акулы,
что ест всегда лишь тех, несёт в себе кто свет,
не зря же вирусы к ней льнули,
коррупцией в законе власти заразив.
В подводном озверелом мире
ей легче наживаться без альтернатив,
чтоб с жиру равной быть транжире.
Под видом фестиваля, тайно, воровски,
ублажив фальшь, присущей «приме»,
умаслив приглашённых из Москва-реки,
она амёб в ту лужу примет
вне конкурсов, в макулатуру превратив
бюджет, известность – в эйфорию.
Дорожкина за «пыль в глаза» герой почти, –
в обман ввела «Википедию»,
для каковой лишь книг количества важны.
В Тамбове издают за славу,
что дарят за подхалимаж и блат чины,
поэтам же дают отраву,
невидимую в мутной порченой воде.
Ликует бешено угроза,
что инфузории начнут царить везде,
назло правдивости прогноза:
«В болоте затхлом упомянутый Союз
оставит троп следы да рожки.
Наседкин пошл сполна, в пороках не кургуз, –
закуска той сороконожки».
Дорожкинской «Тропинкой» многоножку звать,
исчадие то блата, Ада.
Взаимной меной премий стали награждать,
так целесообразно, надо!
Однако взбунтовался Лермонтов в Раю,
его ведь имя оскорбили:
за блат, за стихоплётство вирш, – в его краю
Знобищеву с ним погнездили.
Фальсификацию одобрил Кузнецов:
«С бюджетом кто «на ты» – двулицы!
Дорожкина – кукушка для своих птенцов,
«Тропинки» члены – проходимцы.
На премии вне конкурсов пусть их суют,
им думать незачем учиться:
да не испортят мыслями в стихах уют,
их жизнь во лжи – бюджет-таблица…
С горы бюджета сбрасываем грязь болот
и родником зовём теченье.
Дискредитации не нужен поворот,
сравнение – есть отвлеченье.
Закрыли мы бездушной фальшью родники
«чужой» поэзии и прозы,
законам, разуму и сердцу вопреки
в почёте вирши безголосы.
В Союзе, что писательским зовут, – лишь ложь,
потворствуют обману члены,
итоги круглого мошенничества сплошь
для литераторов плачевны».
«Стилистика нарушена ведь не у нас», –
Дорожкина меня винила.
У полуграмотной не ночевал Пегас,
не мог он сесть в бездумье ила.
Часть 3. Тайный Указ Бетина О.И. о целесообразности судебных преступлений.
«Не в качестве стихов, а в выгоде вся соль» –
таков приказ Чеботарёва.
А Бетин: «в замы за придумки – славны роль
и смысл отписочного рёва…
В защиту провокации коррупций всё, –
учитесь судьи, прокуроры,
да здравствует для выходцев «чужих» лассо,
пусть в нашу пользу будут споры!
Убрали главного юриста мы уже,
другим чтоб неповадно было
лишать коррупции власть в нашем этаже,
без грабежа она уныла.
Юрист Попова прокуроров бы смогла
привлечь и к долгу, и к работе,
но выгода от воровства – другой оклад,
корысть бюджета ближе к моде.
Дорожек вне мы родники закроем все,
бюджет разделим лишь по блату.
Указом Федеральным будет пусть эссе,
порука – Президента латы».
Здесь чудище живёт под наглой кличкой Суд, –
вредительству страны охрана,
что узаконило сороконожек тут,
и свор ответчиков обмана.
В нём судьи бесятся: Широкова, Мороз,
Сорокина – просчёт природы.
От «независимости» – плутовство вразнос,
без совести Решений роды.
Лишь целесообразности верны они,
как и преступники в культуре.
И все в бесчестии коррупции сродни,
Решения равны халтуре.
Цинично, в государственном масштабе, ух!
ликует ложь из протоколов…
То мафии злорадствует порочный круг
и ржёт над хилостью законов.
Контроля нет, и торжествует криминал
в распорядителях бюджета,
на подкуп судей много раз он их ввергал, –
мотив то данного сюжета.
Тропинки заседаний лжи судья Мороз
в дорожки к Аду превращает.
По ним раскинулся коррупции обоз,
он правду отправляет в аут.
Убийство истин трассу в Ад ведёт судья
Широкова путём Решений,
дискриминацию в законы возводя, –
Амельчевой на ней ошейник.
Судья Сорокина Светлана – парадокс,
коррупций целесообразность,
фальсификаций в безнаказанности кросс,
в убыток ей законы, – разность!
Широковой, Мороз, примера не стыдясь,
она плюсует зло злодейски.
Под светлым именем её таится грязь
нечистой низости судейской.
Косяк пираний, каждый вор в законе в нём,
то судьи с аппетитом волчьим…
Со временем остаток совести огнём
сожжёт их крайние дни-ночи.
Пока же чудище коррупцией рычит,
судебным актом лая лживо,
борец за правду казуистикой избит –
судье Сорокиной нажива…
Шипит злорадно неподсудная змея –
чиновничий судья Уваров.
На Коммунальной восемь от его вранья
растёт коварство ягуаров.
Кочергина здесь, оборотень, как и он,
фальсифицирует суд-акты,
ведь ею каждый чёрт отпиской обелён,
ей выгодны лишь лжи экстракты.
А Фокина не казуистикой страшна, –
без совести… и тем ужасна.
Природа отомстила ей за ложь сполна –
судья всем честным мстит всечасно.
И вновь Тамбовский Кокон Фокиной судьи,
фальсификацией рыгая,
от безответственности людям лишь вредит, –
на логику ж судья тугая.
Суд – зоопарк, разгул преступности без дна,
живут в нём, совестью кто беден.
От них вампирами любая власть полна,
зверинцем управляет Бетин.
В России суд – бандит и в поле правовом,
и на юридической дороге.
В судебных актах логики нет – лжи битком,
то рвений мафии итоги.
Суд – вор бюджетный в «независимость» одет, –
система правду не внимала.
Дискриминацией ликует мироед
в защиту жизни криминала.
Часть 4. В Аду.
Я проклинаю за бесспорную корысть
юристов – оборотней чести,
дарителей бюджета суждено им грызть
в Аду с прокурорами вместе.
Самих же судей лицемерных черти жрут
в фальсифицированном лоне.
И здесь цель лжи их, кто издевательски крут
был – ублажать ворюг в законе.
Ликует Ад, то демон зла судья Борщёв,
и бес – фальсификатор Жердев
ползут в котёл, за ними грешники ещё,
и каждый хочет быть в десерте.
Предательница из двуличного суда
с бездушьем яростным – Белова
обставила всех с криком: «Лучшая еда!
Коррупцию кормить готова».
Здесь Котченко – системно каверзный судья,
что и от мафии зависел
при жизни, разлагается, грехом смердя,
ведь для еды ещё он кисел.
Как рады были судьи все во мгле котла
Дорожкину свою увидеть,
блатным бюджетом, что к преступности вела,
быков ведут так на корриде!
Теперь зависимые властные «быки»
в Аду, греша, едят друг друга.
Дрожит Дорожкина – все подлецы горьки,
она лишь пахнет от испуга…
Но судьям просто так очиститься нельзя,
сожрав в Аду Иуду даже,
ведь каждый демон в бесконтрольности предвзят
будь в мантии он или в саже.
Наседкина чернеют кости под котлом
и членов падшего Союза
писателей. За трусость-грех им поделом –
они ползли по жизни юзом.
Творения их равнодушие взнесло,
метнуло в Ад, за то, что врали…
Дотации от коррупционеров – зло
и для писательской морали.
Среди чертей «википедийский дядя Фред»
признал в Чеботарёве брата,
изводит кто поэзию, хваля лишь бред,
организуя фальшь парада.
Мерзавки из «Научного» совета тут:
то неучи в стихах, в культуре,
их как экспертов стихотворства черти жгут
и удивляются злу в шкуре.
Земцова, Ивлиева, Кротова, Мороз,
Дорожкина, Наседкин также,
в бюджете всех их нечестивый симбиоз
на лицемерии заквашен.
Ложь Громовой и Патриной не испарить,
как Романенко врут все снова,
а Киселёвой и Дорошиной на прыть
в угаре вторит Ходякова.
Для мафии, судов, лжецов и Сатаны
полезен, духом нищ, Канищев,
но он и все в Аду за кривду сожжены,
моральный климат станет чище…
Но будет всё потом, пока что отдана
вся власть тому, кто правит гадко.
И в мафии он первый… Кто же Сатана?
От Бога эта Вам загадка.
* И.Я. Туркевич – главный мафиозный лжесудмедэксперт ТОГУЗ «БСМЭ», Тамбов, ул. Рабочая, 35.
НИКОЛАЙ ЛАВРЕНТЬЕВ Тамбовский.
(Я не прячусь за псевдонимом, потому что моё суждение хоть и оценочное, но оно неопровержимо из-за 100% истины).
НИКОЛАЙ ЛАВРЕНТЬЕВ Тамбовский
4 февраля 2012 г. 6:11
Господа! Как найти подшивку электронного варианта журнала Огонек за 1988 - 1994 года?
Буду очень признателен и внесу благодарность в издаваемую книгу...
Сергей
10 марта 2011 г. 1:37
icq: 
